Как в романе Булгакова «Мастер и Маргарита» доказано утверждение: «Трусость – самый страшный порок»? - лучшее сочинение

Сколько бы человечество ни существовало, его всегда будут волновать нравственные проблемы: честь, долг, совесть. Эти вопросы и поднимает М.А. Булгаков в своем лучшем философском романе «Мастер и Маргарита», заставляя читателя по-новому осмыслить жизнь и оценить значение нравственных сторон человека, а также задуматься, что важнее в жизни – власть, могущество, деньги или собственная духовная свобода, ведущая к добру и справедливости, и спокойная совесть. Если человек не свободен, он всего боится, ему приходится поступать вопреки своим желаниям и совести, то есть в нем проявляется самый страшный порок – трусость. А трусость ведет к безнравственным поступкам, за которые человека ожидает самая страшная кара – муки совести. Такие муки совести почти 2 тысячи лет не давали покоя главному герою романа Мастера Понтию Пилату.

М.А. Булгаков переносит читателя в древний Ершалаим во дворец пятого прокуратора Иудеи Понтия Пилата, к которому привели подследственного из Галилеи, арестованного за подстрекательство к разрушению ершалаимского храма. Лицо его было разбито, а руки связаны. Несмотря на мучившую прокуратора головную боль, как человек, обличенный властью, он вынужден был допросить преступника. Понтий Пилат, могущественный, грозный и властный человек, не терпящий возражений и привыкший к безропотному повиновению подчиненных и рабов, был возмущен обращением к нему арестованного: «Добрый человек, поверь мне!» Вызвав Марка Крысобоя (начальника особой кунтурии), он приказал проучить подсудимого. Недаром прокуратор сам называл себя «свирепым чудовищем». После наказания Понтий Пилат продолжил допрос и выяснил, что арестованный по имени Иешуа Га-Ноцри – грамотный человек, знающий греческий язык, и заговорил с ним по-гречески. Понтий Пилат заинтересовывается бродячим философом, он понимает, что столкнулся не с лицемером, а с умным и мудрым человеком, который обладает еще и чудесным свойством снимать головную боль. Также прокуратор убеждается в том, что духовная позиция Га-Ноцри: «злых людей нет на свете» искренняя и осознанная, что Иешуа живет по своим законам, законам добра и справедливости. Поэтому считает, что все люди свободны и равны. Он и с прокуратором держится как независимый человек: «Мне пришли в голову кое-какие новые мысли, которые могли бы, я полагаю, показаться тебе интересными, и я охотно поделился бы ими с тобой, тем более что ты производишь впечатление очень умного человека». Прокуратор удивляется, как просто и прямо Иешуа возражает ему, господину, и не возмущается. А арестованный продолжал: «Беда в том,… что ты слишком замкнут и окончательно потерял веру в людей. Ведь нельзя же, согласись, поместить всю свою привязанность в собаку. Твоя жизнь скудна, игемон…-» Пилат почувствовал, что осужденный в чем-то главном абсолютно прав и его духовная убежденность настолько сильна, что даже сборщик податей, Левий Матвей, презрев деньги, всюду следует за своим Учителем. У прокуратора появилось желание спасти ни в чем не повинного врача и философа: он объявит Га-Ноцри душевнобольным и вышлет на остров в Средиземном море, где находится его резиденция. Но этому не суждено было сбыться, потому что по делу Иешуа существует донос Иуды из Кириафа, в котором сообщается, что философ говорил «доброму и любознательному человеку» о том, «что всякая власть является насилием над людьми и что настанет время, когда не будет власти ни кесарей, ни какой-либо иной власти. Человек перейдет в царство истины и справедливости, где вообще не будет надобна никакая власть». Таким образом, оскорбив власть кесаря, Иешуа подписал себе смертный приговор. Даже ради спасения своей жизни он не отрекается от своих убеждений, не пытается солгать или что-то скрыть, так как говорить правду для него «легко и приятно». Иешуа повели на казнь, а Понтий Пилат с этого момента потерял покой, потому что отправил на казнь невиновного человека. Ему смутно показалось, «что он чего-то недоговорил с осужденным, а может быть, чего-то недослушал». Он почувствовал, что его поступку не будет прощения, и возненавидел всех, кто способствовал осуждению философа, а в первую очередь себя самого, так как совершенно сознательно пошел на сделку с совестью, испугавшись внутреннего желания восстановить справедливость. Он, умный политик и искусный дипломат, давно понял, что, живя в тоталитарном государстве, нельзя оставаться самим собой, что необходимость лицемерия лишила его веры в людей и сделала его жизнь скудной и бессмысленной, что и заметил Иешуа
. Непоколебимая нравственная позиция Га-Ноцри помогла осознать Пилату свою слабость и ничтожность. Чтобы облегчить свои страдания и хоть как-то очистить совесть, Пилат распоряжается убить Иуду, предавшего Иешуа. Но муки совести его не отпускают, поэтому во сне, в котором прокуратор увидел, что не послал на казнь бродячего философа, он от радости плакал и смеялся. А наяву казнил себя за то, что испугался встать на сторону Иешуа и спасти его, потому что помиловать Га-Ноцри означало поставить под удар самого себя. Не было бы протокола допроса, он, может быть, отпустил бы бродячего философа. Но карьера и страх перед кесарем оказались сильнее внутреннего голоса.

Если бы Пилат был в ладу с самим собой и своим понятием о нравственности, его бы совесть не мучила. Но он, санкционировав казнь Иешуа, поступил вопреки «своей воле и своим желаниям, из одной только трусости…-», которая оборачивается для прокуратора двухтысячелетней мукой раскаяния. По мнению Булгакова, люди с двойной моралью, как Понтий Пилат, очень опасны, потому что из-за своего малодушия и трусости они совершают подлость, зло. Таким образом, в романе неоспоримо доказано утверждение носителя добра и справедливости Иешуа, что «трусость – самый страшный порок».

Сочинения по литературе

Комментарии закрыты.