(Народная сатирическая сказка) - лучшее сочинение

Сатирические сказки были призваны высмеять отрица тельные черты людей и продемонстрировать такие качества, как ум, смекалка, находчивость. Нередко в завуалированной форме они критиковали действительность, чего нельзя было сделать прямо. В сатирических сказках проявилась буйная фантазия русского народа, изобретательность.

Жили три брата. «Один безногий удался — на - перегон с зайцами гонялся. Второй косолапый —

Больно прыток удался. А третий одно и знал, что ворон считал». И эти братья отправились в лес за дровами. Пока суд да дело, наступил вечер. Надо ужин варить. Братья срубили большую сосну, сложили костер. Один из них полез на дерево — посмотреть, нет ли где огня. На огонь пошел безногий, увидел у костра старичка. Попросил у него огонька, а тот требует развлечь его чем-нибудь: «А ты меня, старика, потешь чем-нибудь. Хоть песню спой!» Безногий заявил, что песен петь не ' умеет, плясать не учился и сказок не знает, на что старичок ответил: «Ну и убирайся, с чем пришел!» Второй брат тоже вернулся ни с чем, отправился к старику третий. Песни петь да плясать и этот брат не горазд оказался, зато сказку рассказать согласился: «Только — уговор. Не любо — не слушай, а врать не мешай. А если перебьешь — сто рублей с тебя». Старик согласился, и началась сказка.

«Когда начался свет, мне было семь лет. Батька мой не родился, дед не был женат», — так приступил к рассказу третий брат.

Русских народных сказок характерно число «три». В них обычно присутствуют три брата, три сына, и интересно следующее. Обязательно третий сынЧаще всего младшийОбладает такими качествами, как смекалка, находчивость, сообразительность и острый нестандартный ум. Именно ему в финале достаются все лавры, хотя поначалу такой брат носит звание «дурака». Так и в этой сказкеОсновным занятием третьего брата был счет ворон. «Считать ворон» Значит заниматься бесполезным трудом. Но финал сказки говорит

О совершенно ином...

Жила семья богато: «от наготы да босоты ломились шесты. Было медной посуды — крест да пуговица. А рогатой скотины — таракан да жужелица. А в упряжь — две кошки лысы да один котиноход». Большая изба — вся земля, в роли потолка небо. Богатство, конечно же, своеобразное. «А земли было — глазом не окинешь! Пол да лавки сами засевали, а печь да полати внаймы сдавали. Вот засеяли мы на полу ячмень, а на лавку семян не хватило».

Ячмень вырос «высок да густ», да крыса в нем завелась. «Как пошла наша кошка лыса ловить крысу — и заблудилась. И теперь там бродит. Ну, а ячмень мы сжали, а сложить-то и некуда». Рассказчик оказался сообразительным: «а я хоть меньшой, да разумом большой...». Сложил он скирду на печном столбу, бабушка его «куда была резва — на печь три года лезла», скирду уронила, сама «надвое переломилась». Но все окончилось благополучно: бабушку «лычком сшили, так она еще десять лет так ходила». Ячмень высушили да обмолотили, сварили два пива: «одно жидкое, другое как вода. Выпьешь любой бурак — станешь совсем дурак. Ну, а как гостю поднесешь, да за волосы потрясешь, да сверху поленом оплетешь — и с ног долой!»

Была в этой «богатой» семье еще кобыла сива. Поехал рассказчик в лес дрова рубить, а топор за поясом болтался и отрубил половину лошади. Так на передке парень три года и катался. Раз едет лесом, смотрит — а на опушке вторая половина его лошади пасется. Поймал он ее, пришил березовым прутиком. А береза стала вверх расти да и выросла под облака. Решил младший брат влезть по ней на небо. Влез на облака, посмотрел, да не нашел ничего. Решил назад спуститься, а кобылу

Дедушка его увел поить. Спускаться не по чему. Стал он жить на облаках, голодать. «Завелися с той худобы блохи немалые. Стал я блох ловить, да шкуры с них сдирать, да веревку вить». Веревка длинная получилась.

Привязал герой ее одним концом к облакам, стал спускаться. Веревки не хватило, но и тут он не растерялся: сверху срежет, снизу наставит. Но веревки все равно не хватало, и тут увидел герой, как мужик овес веет, полова (шелуха) же вверх летела. Стал он полову ловить да веревку вить. «Вил, вил и мертвую крысу завил. А она ни с того ни с сего ожила, веревку перегрызла. Ну, и полетел я в болото, по самый рот ушел». Прибежала лисица, свила на голове брата гнездо, принесла семерых лисят. Волк тех лисят уволок, да герой ему за хвост вцепился, так и вылез из болота. А за время обитания там изголодал. Видит: в дупле перепела жареные сидят. Хотел рукой достать — а та не лезет. Зато сам смог влезть, наелся, а вылезти не может — растолстел. «Сбегал домой за топором, прорубил дупло пошире — выкарабкался!..» Потом отправился герой за сине море, «где скот нипочем»: «за муху с мушонком дают корову с теленком, за больших оводов — больших быков. Вот я наловил мух да мушат три куля, наменял быков да коров три табуна».

При прочтении этого эпизода сказки вспоминается русская народная поговорка: «За мо - рем и телушкаПолушка».

Пригнал он свои табуны к морю и задумался: как же стада домой гнать? Если вплавь — половина утонет. На кораблях дорого. И герой ухватил одну корову за хвост и перебросил на другую сторону. Так со всем стадом поступил, только один бык остался. Вместе с быком и парень перелетел. Попал он в преисподнюю, где черти живут. «И три года у них все навоз возил, и все на твоем дедушке!..»

Тут старик не выдержал: «Не может быть, чтоб на моем дедушке!»

«Может — не может, а плати сто рублей: не любо — не слушай, а врать не мешай!» — не растерялся рассказчик. Получил и сто рублей, и огонек.

Краткие содержания

Комментарии закрыты.