НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ КАРАМЗИН краткие биографические сведения - лучшее сочинение

Н. М. Карамзин — писатель и российский историк, журналист и издатель. Автора всегда интересовали лучшие качества человека, независимо от его сословной принадлежности. Интерес Карамзина к истории Российского государства, историческим сочинениям, летописным памятникам отражается на его литературном творчестве. Появляются

*

Такие произведения, как «Марфа-посадница, или Покорение Новагорода», «Наталья, боярская дочь», «История государства Российского».

Наталья, боярская дочь

Произведение родилось в результате увлечения Карамзиным историей России. Автор видит в средневековой Руси идеал государственного устройства, общественных устоев. В произведении «Наталья, боярская дочь» показаны те обычаи, моральные принципы, которых следует придерживаться любому человеку.

Эта история была рассказана автору его бабушкой, которая в свое время считалась довольно красноречивой женщиной и чуть ли не каждый вечер рассказывала сказки царице NN.

«В престольном граде славного русского царства, в Москве белокаменной, жил боярин Матвей Андреев, человек богатый, умный, верный слуга царский и, по обычаю русских, великий хлебосол. Он владел многими поместьями и был не обидчиком, а покровителем и заступником своих бедных соседей...» Его почитали и любили все, начиная от царя и заканчивая последним нищим. Царь называл Матвея правым глазом своим и доверял разбирать важные тяжбы. Разрешал судебные дела Матвей Андреевич всегда по справедливости и никогда не наказывал невиновного. Каждый двунадесятый праздник он велел выставлять длинные столы с едою и приглашал к себе всех проходящих мимо бедных людей. Сам Матвей не гнушался сидеть за одним столом с ними, ласково беседовал с ними и веселился.

Матвею было уже за шестьдесят. Его жизнь можно назвать счастливой: он пользовался почетом и уважением, был богат и имел чистую совесть. Но венцом его радостей была единственная дочь Наталья. Она очень была похожа на покойную мать, которая умерла у Матвея на руках. «По крайней мере наша прелестная Наталья имела прелестную душу, была нежна, как горлица, невинна, как агнец, мила, как май месяц; одним словом, имела все свойства благовоспитанной девушки...»

Всякий день ее походил на многие другие. С первыми лучами она просыпалась и шла к круглому окну своего терема, чтобы посмотреть на рассвет и восхититься красотой Москвы. Но Наталье и в голову не приходило, что среди всех утренних красок самой прекрасной была она. «Юная кровь, разгоряченная ночными сновидениями, красила нежные щеки ее алейшим румянцем, солнечные лучи играли на белом ее лице и, проницая сквозь черные, пушистые ресницы, сияли в глазах ее светлее, нежели на золоте. Волосы, как темно-кофейный бархат, лежали на плечах и на белой полуоткрытой груди, но скоро прелестная скромность, стыдясь самого солнца, самого ветерка, самых немых стен, закрывала ее полотном тонким».

Потом будила она свою няню, верную служанку ее покойной матери. Вместе они одевались и шли к обедне. Выйдя из церкви, Наталья раздавала милостыню и приходила к родителю, чтобы поцеловать его руку. Затем дочь садилась возле отца заниматься рукоделием и беседовать с ним. После обеда боярин ложился отдыхать, а Наташа с няней отправлялись гулять в сад или на луг. Вечера Наташа часто коротала за прогулкой или со своими подругами, заходившими к ней в гости. Зимой, когда нельзя было гулять, Наталья каталась в санях по городу и ездила в гости, там собирались одни девушки. И только когда наступала глубокая полночь, Наталья ложилась спать.

Так жила боярская дочь до тех пор, пока ей не исполнилось семнадцать лет. По весне она вдруг почувствовала неясное томление в груди, и ее нежное сердце переполнилось ожиданием одного — любви. Смятение переполняло ее душу, поведение ее во многом изменилось. Наталья стала не так жива, не так резва — все чаще стала задумываться, а прогулки по саду или вечерние беседы с подругами ее уже нисколько не занимали.

Наталья не могла самой себе дать отчета в своих новых, смешанных и непонятных чувствах. Часто ей снилось, а порою виделось наяву, что перед нею, смутно, «в мерцании отдаленной зари», носится неясный прекрасный образ, который манит ее к себе ангельскою улыбкою. Отца тянет к нему руки, но он исчезает в воздухе. А порою воспаленное ее сознание рисовало огромный храм, в который спешили тысячи мужчин и женщин. Они держались за руки, и на их лицах была написана радость. Наталья хотела вместе с ними войти в храм, но невидимая рука не давала пошевелиться, а неизвестный голос говорил ей: «Стой в притворе храма; никто без милого друга не входит в его внутренность». Наталья была в смятении. Она не могла понять, почему ее жизнь вдруг изменилась, не знала, как толковать странные сны, не догадывалась, чего желала.

Она только чувствовала какой-то недостаток в душе своей и томилась. Боярин Матвей заметил перемены в дочери. Он видел, что Наталья стала пасмурнее, тревожился от этого, но истинной причины Натальиного смятения не разгадал. Отец решил, что дочь его больна, и даже отправил нарочного гонца к «столетней тетке своей, которая жила в темноте Муромских лесов, собирала травы и коренья, обходилась более с волками и медведями, нежели с людьми русскими, и прослыла если не чародейкою, то по крайней мере велемудрою старушкою, искусною в лечении всех недугов человеческих». Боярин Матвей рассказал старухе, что его тревожит, описал ей все признаки Натальиной болезни и просил, чтобы вернула здоровье внучке. Что ответила на это старуха, неизвестно, только любовный недуг Натальи не проходил.

Время шло, наступила зима, и Наталья, как это было заведено у нее и раньше, пошла однажды к обедне. Там во время молитвы она невзначай бросила взгляд к левому крылосу. И сердце ее замерло. «Прекрасный молодой человек, в голубом кафтане с золотыми пуговицами, стоял там, как царь среди всех прочих людей, и блестящий проницательный взор его встретился с ее взором». Краска стыдливости залила лицо Натальи, а сердце ей подсказало: «Вот он!..» Обедня показалась ей короче обычного. Когда стали все расходиться, няня

Десять раз дергала ее за рукав и говорила: «Пойдем, барышня; все кончилось». Но Наталья стояла как вкопанная. Она не могла тронуться с места,

4

Потому что и прекрасный незнакомец не уходил, а так и стоял у левого крылоса. «Наталья раза два обступилась, раза два роняла платок и должна была ворочаться назад; незнакомец оправлял кушак свой, стоял на одном месте, смотрел на красавицу и все еще не надевал бобровой шапки своей, хотя на дворе было холодно».

Они украдкой смотрели друг на друга и тихонько вздыхали. И только когда дьячок собрался закрывать церковь, красавица опомнилась и пошла к дверям. За воротами храма молодые люди разошлись в разные стороны.

Дома все мысли Натальи были только о молодом человеке в голубом кафтане с золотыми пуговицами. За обедом она не смогла съесть ни ложки. Когда боярин Матвей отправился к себе, чтобы отдохнуть после обеда, Наталья пошла с няней в свет - лицу свою и поинтересовалась, каков показался ей молодой человек, бывший у обедни. «Я не приме - тила его», — ответила старушка.

На следующий день Наталья с трепетом в сердце отправилась к обедне. Она пришла туда раньше всех и вышла всех позже из церкви, но незнакомца в голубом кафтане не было. И на третий день он не пришел. Наталья уже подумала, что она не понравилась тому красавцу у крилоса, отчего перестала есть и пить. Днем она изо всех сил старалась скрыть свою тревогу, а ночью давала волю слезам. «Жестокий, — думала она, — жестокий! Зачем скрываешься от глаз моих, которые тебя всеминутно ищут? Разве ты хочешь безвременной смерти моей? Я умру, умру, — и ты не выронишь ни слезки на гробе злосчастной!»

На четвертый день Наталья опять пошла к обедне, хоть и чувствовала себя неважно. Она заняла свое место и стала смотреть на всех приходящих в храм. И тут Наталья затрепетала. На пороге появился он. Незнакомец поклонился на все четыре стороны, а ей особенно низко и почтительно. «Томная бледность изображалась на его лице, но глаза его сияли еще светлее прежнего; он смотрел почти беспрестанно на прелестную Наталью (которая от нежных чувств стала еще прелестнее) и вздыхал так неосторожно, что она приметила движение груди его и, невзирая на свою скромность, угадывала причину». Когда служба закончилась, Наталья вышла после всех и отправилась к дому. Молодой человек последовал за ней и проводил ее до самой калитки.

И на второй, и на третий день он приходил к обедне, а после службы следовал за Натальей до самого ее дома. Однажды, когда боярина Матвея не было дома, Наталья увидела в окно, как в их дом вошел человек в голубом кафтане. У девушки замерло сердце. В комнату вошла няня и сказала, что к Наталье пришел гость. Это был он. Наталья было испугалась, но няня ее успокоила: «Теперь же батюшки нет дома — сумерки, темно — никто не увидит, и беды никакой нет; ведь только в сказках мужчины бывают страшны для красных девушек! Как думаешь, сударыня?» Незнакомец — назвавшийся Алексеем — с жаром рассказал о том, как полюбил Наталью с первого взгляда. «Любишь ли меня? Твой ответ решит судьбу мою; я могу быть счастливейшим человеком на свете, или шумящая Москва-река будет гробом моим». И Наталья созналась в своей любви к незнакомцу. Тогда Алексей предложил в ту же ночь бежать Наталье из дома и тайно обвенчаться с ним. «В нынешнюю

Ночь, когда зайдет месяц, — в то время, как поют первые петухи, — я приеду в санях к вашим воротам, ты должна ко мне выйти и ехать со мною; вот чего от тебя требую!» Наталья не понимала, почему они должны венчаться тайно и без родительского благословения, но у Алексея была какая-то тайна, которую он обещал открыть только после того, как священник объединит их. И Наталья согласилась.

Ночью они бежали. Алексей написал письмо, адресованное боярину Матвею, в котором просил простить его и Наталью за столь решительный поступок. Как оказалось, няня была подкуплена Алексеем, потому устроила ему свидание с барышней, помогла в побеге. Однако ж, являясь человеком добрым, она взяла слово с молодого человека, что он женится на прекрасной Наталье и до того времени не употребит «во зло ее любви и невинности».

Через четверть часа молодые люди и няня выехали из Москвы и обвенчались в какой-то церквушке. Затем они еще долго плутали по лесу, пока не остановились у маленького домика на поляне, который был обнесен высоким забором. Навстречу к ним вышли люди, у которых на кушаках висели длинные ножи. Наташа и няня испугались, решив, что они попали к разбойникам. Но это было не так.

Беглецы вошли в дом. «В первой горнице висели мечи и бердыши, шишаки и панцири, а в другой стояла высокая кровать, и перед иконою Богоматери горела лампада». Уже в доме Алексей рассказал свою историю. Оказалось, что он сын боярина Любославского.

Когда ныне действующий государь вступал на престол, лет тринадцать назад, в стране были волнения и бунты. Некоторые из родовитых и честолюбивых бояр восстали против законной власти тогда еще юного государя. Но мятеж был подавлен. Завистники оклеветали боярина Любослав - ского, сказав царю, что и он был среди бунтовщиков. И отца Алексея осудили. Ему удалось бежать. Вместе с сыном он отправился «в ту страну, где река Свияга вливается в величественную Волгу и где многочисленные народы поклоняются лжепророку Магомету». Отец никогда не оставлял надежды вернуться на родину. Но страдания и тоска по родине иссушили сердце Любославского. Он умер, оставив сына сиротой.

Тогда Алексей решился вернуться в Россию. Друг уже давно звал его на родину. «Верстах в сорока от Москвы, — писал он, — в дремучем, непроходимом лесу, построил я уединенный домик, не известный никому, кроме меня и надежных людей моих. Там будешь ты жить до времени в совершенной безопасности...» Ко времени приезда Алексея в Россию друг скончался. Все свои деньги и драгоценности, а также уединенный домик он оставил молодому Любославскому.

Так Алексей оказался в глухом лесу под Москвой. Одиночество тяготило его. Через несколько дней молодой человек решил побывать в царственном граде. Времени с тех пор, как он покинул с отцом родину, прошло уже много, и вряд ли кто-нибудь из старых знакомых смог бы узнать его теперь. Алексей был осторожен. Он находил дорогу в Москву и обратно по особым метам на деревьях, которые вели к большой Московской дороге и которые никому, кроме живущих в доме товарища, не могли быть известны.

Таким образом Любославский впервые увидел Наталью и полюбил. Няню он задобрил подарками, чтобы она помогла состояться свиданию, а священника загородной церкви, который венчал молодых, тронули слезы Алексея.

Молодые люди стали жить в уединенном своем жилище в любви и согласии. «Наталья и Алексей, живучи в своем уединении, не видали, как текло или летело время. Часы и минуты, дни и ночи, недели и месяцы сливались в пустыне их, как струи речные, не различаемые глазом человеческим. Ах! Удовольствия любви бывают всегда одинаковы, но всегда новы и бесчисленны. Наталья просыпалась и — любила; вставала с постели и — любила; молилась и — любила; что ни думала — все любила и всем наслаждалась». Наталья проводила время за рукоделием, а Алексей рисовал картины. Все дышало гармонией, и лишь одно печалило девушку. «Ах! Для чего нет с нами батюшки! — сказала она, прижавшись к сердцу супруга. — Когда мы с ним увидимся? Когда он благословит нас? Когда я при нем поцелую тебя, сердечного друга моего?»

Наталья наказала своему другу каждую неделю два или три раза посылать в Москву человека, который узнавал, как поживает боярин Матвей. Все время новости были одни и те же: боярин продолжал делать добрые дела, но был печален, кормил бедных и говорил им: «Друзья! Помолитесь

О Наталье!» Еще когда боярин Матвей только узнал о побеге дочери, он обо всем доложил государю. Царь сильно разгневался и велел по всем городам и весям отправить гонцов с повелением искать Наталью и ее похитителя.

Однажды посланец Алексея возвратился со страшной новостью: литовцы восстали и пошли войной на русское царство. Не долго думая, Алексей схватил со стены меч отца своего. «Любезная Наталья! — сказал он, — мне надобно заслужить... милость царскую. Теперь есть к тому случай... Ехать на войну, сразиться с неприятелями русского царства и победить. Царь увидит тогда, что Любославские любят его и верно служат своему отечеству».

Наталья все понимала, но только не могла она остаться одна, без милого ее сердцу человека. Одевшись в мужское платье, она вместе с мужем отправилась на войну.

Прошло немного времени. Царь, переживающий за государство свое, на высоком крыльце дворца ожидал вестей с полей сражения. Боярин Матвей находился подле него, когда прискакал вестник, принесший радостную новость. Победа!

Решающее сражение было жестоким и кровопролитным. Литовцы теснили. Казалось, война проиграна.

Но вдруг загремел голос: «Умрем или победим!», и из российских рядов отделился молодой воин и с мечом в руке бросился на неприятеля. Вдохновленное его примером войско с новыми силами ринулось на врага. Повсюду следовал за неизвестным героем его брат, прекрасный юноша, «и закрывал его щитом своим».

Царь с нетерпением ожидал возвращения войска, чтобы узнать имя героя. Он выехал в поле, чтобы встретить его. Рядом с ним, как всегда, был боярин Матвей. Вот появились ряды дружинников. Впереди шел Алексей. «Кто ты, храбрый юноша? — спросил государь, простирая к нему правую руку свою. — Имя твое должно быть славно в пределах русского царства». И тогда Алексей назвал свое имя. Каково же было его удивление, когда он услышал слова государя о том, что невиновность Любославского доказана. Тогда Наталья бросилась в объятия своего отца. Счастью боярина Матвея не было конца. На этом история Натальи и молодого Любославского заканчивается. «Старушку няню привезли в город, боярин Матвей простил ее и, призвав к себе того священника, который венчал Алексея и Наталью, хотел, чтобы он снова благословил их в его присутствии». Такую историю рассказала автору бабушка. Однажды, прогуливаясь осенью по берегу Москвы-реки, около сосновой рощи, автор нашел надгробный камень, заросший зеленым мхом. На нем было написано: «Здесь погребен Алексей Любославский с своею супругою». А старожилы этих мест рассказывали, что на месте камня была некогда церковь — вероятно, та, где венчались влюбленные Наталья и Алексей и где они захотели лежать и после смерти своей.

Биографии

Комментарии закрыты.