МАКСИМ ГОРЬКИЙ (АЛЕКСЕЙ МАКСИМОВИЧ ПЕШКОВ) краткие биографические сведения - лучшее сочинение

Максим Горький, настоящее имя которого Алексей Максимович Пешков, является яркой фигурой в среде русских писателей рубежа XIX—XX вв. Горький не только писатель, но и драматург, публицист и общественный деятель. Его автобиографическая трилогия («Детство», «В людях», «Мои университеты») проливает свет на многие характерные черты его дарования. С фантастическим писательским чутьем и глубоким психологизмом автор описывает современную ему эпоху смены государственного строя, становления революции и революционного самосознания

Человека.

Детство

Повесть «Детство» рассказывает о ранних годах Алеши Пешкова, когда жизнь его резко изменилась. Умер отец мальчика, и он вместе с матерью и бабушкой отправился жить к деду, отцу матери. Дед оказался человеком жестоким, но по-своему мудрым и в какой-то мере несчастным, что отмечает писатель.

Алеша столкнулся с реальной жизнью небогатых людей, с их жестокими нравами и привычками, что сказалось на его будущем. Повесть «Детство» завершается взрослением героя и вхождением его «в люди», в большой и жестокий мир.

Повествование ведется от имени главного героя. Алеша, главный герой повести, от лица которого ведется рассказ, был тяжело болен и только встал на ноги. Он столкнулся с трагедией: умер его отец.

Отец лежит, «одетый в белое и необыкновенно длинный», мать и бабушка плачут. Мать — полуголая, возле отца на полу. Приехала и бабушка, Акулина Ивановна, — «круглая, большеголовая, с огромными глазами и смешным рыхлым носом; она вся черная, мягкая и удивительно интересная... она говорила ласково, весело, складно. Я с первого же дня подружился с нею».

Алеша описывает свою мать Варвару в этот трагичный день: «Я впервые вижу ее такою, — она была всегда строгая, говорила мало; она чистая, гладкая и большая, как лошадь; у нее жесткое тело и страшно сильные руки. А сейчас она вся как-то неприятно вспухла и растрепана, все на ней разорвалось; волосы, лежавшие на голове аккуратно, большою светлой шапкой, рассыпались по голому плечу...». У матери начались схватки, она родила ребенка.

Алеша помнил похороны. Шел дождь, на дне ямы были лягушки. Их тоже закопали. Плакать герою не хотелось. Он плакал редко от обиды, никогда — от боли. Отец смеялся над его слезами, мать плакать запрещала.

Потом был отъезд из города. Ехали на пароходе. У бабушки были длинные густые волосы, она нюхала табак и хорошо рассказывала сказки, что нравилось даже матросам. Она уютная.

Новорожденный брат Алеши, Максим, умер. Мальчику страшно. В Саратове мать с бабушкой вышли хоронить ребенка.

Наконец приехали в Нижний. Встречали их дед, дядья Михаил и Яков, беременная тетка Наталья, двоюродные братья, оба Саши и сестра Катерина. Алеше никто не понравился: он «чувствовал себя чужим среди них, даже и бабушка как-то померкла, отдалилась».

Пришли они к «приземистому одноэтажному дому, окрашенному грязно-розовой краской, с нахлобученной низкой крышей и выпученными окнами».

Дом этот казался большим, но был тесным. Неприятный двор, завешенный мокрыми тряпками и заставленный чанами с разноцветной водой.

«Дом деда был наполнен туманом взаимной вражды всех со всеми; она отравляла взрослых, и даже дети принимали в ней живое участие», — отмечает автор.

Братья требовали у отца раздел имущества, приезд матери еще больше усугубил ситуацию. Сыновья кричали на отца, бабушка предлагала им забрать все. Братья подрались.

Дед внимательно следил за внуком Алешей. Тому же казалось, что дед злой. Заставил его учить молитвы, занимался Алеша с Натальей. Он не понимал слов, спрашивал у Натальи, та заставляла просто запоминать. Алеша искажал слова специально.

Сашку должны были пороть за наперсток (дядья хотели подшутить над полуслепым мастером Григорием, Михаил велел племяннику накалить наперсток для Григория, но его взял дед). Провинился и Алеша: он решил покрасить что-нибудь. Саша Яковов предложил скатерть. Цыганок попытался спасти его от расправы, бабушка спрятала скатерть, но Саша проболтался. Его тоже решили подвергнуть наказанию, как и Алешу. Только боялись Варвары, матери мальчика.

Но она не отняла своего ребенка, ее авторитет у героя пошатнулся. Алешу засекли до потери сознания, и мальчик заболел. Дед пришел к нему и рассказывал о своей молодости: как баржи тянул, потом стал водоливом. Его уже звали, но он все продолжал рассказывать, да мальчик и не хотел, чтобы дед ушел.

Потом пришел Цыганок. Признался, что подставлял под прутья свою руку, чтобы Алеше было не так больно. Цыганок учил мальчика, что делать, чтобы не так больно было, когда порют.

Цыганок в доме занимал особое место: «Золотые руки у Иванка». Дядья не шутили с ним, как с Григорием, боялись деда. За глаза же о нем отзывались сердито.

Они хитрили друг перед другом, чтобы никто не взял его к себе работать. Цыганок был хорошим работником, и братья боялись, что дед оставит его у себя и, может, даже передасть красильную мастерскую.

Цыганок был подкидышем. Он умел обращаться с детьми, знал разные фокусы, любил мышей.

Яков по праздникам любил играть на гитаре и петь бесконечную тоскливую песню. Цыганок петь хотел, но не умел: голоса не было, зато танцевал заводно. Бабушка его поддерживала — как молодая выплясывала, все восхищались этой парой.

Алеша побаивался Григория и дружил с Цыганком. Тот подставлял свою руку при каждой порке. Каждую пятницу Цыганок ездил за провизией.

Однажды случилось несчастье: погиб Цыганок. Яков, который жену свою до смерти забил, решил ей крест поставить большой, дубовый.

Крест несли дядья и Цыганок. «<Крест> упал, а его и придавило... И нас бы покалечило, да мы вовремя сбросили крест». Цыганок долго лежал на кухне, потом умер. Бабушка, дед и Григорий сильно переживали.

Алеша спал с бабушкой. Та долго молилась перед сном, не по писаному, а от души: «Мне очень нравится бабушкин бог, такой близкий ей», — говорит герой.

Он часто просил бабушку рассказать о боге. «Говоря о боге, рае, ангелах, она становилась маленькой и кроткой, лицо ее молодело, влажные глаза струили особенно теплый свет». Бабушка говорила, что живется их семье хорошо. Но Алеша понимал, что это не так.

Наталья просила у бога смерти, Григорий все хуже видел, собирался по миру идти. Алеша хотел в поводыри к нему. Наталью бил дядя. Бабушка говорила, что дед ее тоже бил. Рассказывала, что нечистых видела, а еще сказки и рассказы, она знала и стихи. Помнила она их много. Бабушка боялась тараканов. В темноте слышала их и просила убить, а иначе заснуть не могла.

Однажды случился в доме пожар. Бабушка бросилась в огонь за купоросом и обожгла руки. Мастерская сгорела. В эту ночь никто не спал. Наталья начала рожать и умерла в муках. Алеше от пережитого стало плохо, его отнесли спать.

Дядья наконец разделились, Яков поехал в город, Михаил — за реку. Дед купил другой дом, в котором жило много квартирантов. Бабушка Акулина Ивановна была знахаркой, она всем помогала и давала советы по хозяйству. Алеша наконец узнал историю своей бабушки.

Мать ее была знатной кружевницей, но получила увечье. Ей дали вольную, и она вынуждена была просить милостыню.

Акулина же, Алешина бабушка, училась плести кружева и достигла в этом ремесле немалого мастерства. Скоро все в городе прознали о ней. Дед Алешин в двадцать два года был уже водоливом, и мать решила женить его на кружевнице Акулине. Так она замуж и вышла.

Заболел Алешин дед. От скуки он решил учить внука азбуке, тот к учению проявил способности, схватывал все быстро. Нередко Алеша дрался с уличными мальчишками, был очень силен.

В общении с дедом Алеша многое узнал и о нем. Дед помнил себя с 1812 г., когда ему двенадцать лет было. Когда приехали разбойники, его дед бросился в колокола звонить, там его и порубили. Помнит Алешин дед пленных французов, все приезжали смотреть на пленных. Многие их ругали, но были и те, кто жалел. Многие пленные от холода умирали.

Денщик Мирон, который хорошо знал лошадей, помогал французскому офицеру. Тот же пытался научить Алешиного деда, еще ребенка, своему языку, но ему это запретили.

Дед никогда не говорил об отце и матери Алеши. Он считал, что дети не удались. А мать вышла замуж без отцовского согласия. Однажды Алеша присутствовал при том, как дед ни с того ни с сего ударил бабушку по лицу. Та объяснила: «Сердится, трудно ему, старому, неудачи все...».

Однажды вечером, не поздоровавшись, в комнату ворвался Яков. Сказал, что Михаил совсем с ума сошел: изорвал его готовое платье, посуду перебил и обидел его с Григорием. Михаил сказал, что отца убьет.

Дядья хотели заполучить приданое Варвары, Алешиной матери. Мальчику поручили смотреть на улицу и сказать, если увидит Михаила. Алеше было страшно и скучно, и он предавался размышлениям: «То, что мать не хочет жить в своей семье, все выше поднимает ее в моих мечтах; мне кажется, что она живет на постоялом дворе при большой дороге, у разбойников, которые грабят проезжих богачей и делят награбленное с нищими». Бабушка была расстроена, она плакала и взывала к богу: «Господи, али не хватило у тебя разума доброго на меня, на детей моих?»

Почти каждый выходной к воротам дедова дома прибегали мальчишки: «У Кашириных опять дерутся!»

Михаил появлялся вечером и всю ночь держал дом в осаде. Иногда с ним приходило несколько пьяных помещиков. Эта компания выдергивала кусты малины и смородины, разнесла баню.

Однажды дед особенно плохо себя чувствовал, он зажег огонь. Михаил запустил в него половинкой кирпича, но не попал.

В следующий раз дядя взял кол и пытался ворваться в дом. Бабушка хотела поговорить с ним, но боялась, что его изувечат, но сын ударил ее колом по руке. Михаила связали, окатили водой и положили в сарае.

Бабушка сказала деду, чтобы тот отдал сыновьям Варварино приданое. У бабушки оказалась сломанной рука, и в дом пришла костоправка. Восприимчивый Алеша, увидев старуху лекарку, решил, что это смерть пришла к бабушке. Он бросился на костоправку, не подпуская ее к любимому человеку. Мальчика унесли на чердак. Щ

Алеша понял, что у деда — один бог, у бабушки — другой. Бабушка «почти каждое утро находила новые слова хвалы, и это всегда заставляло меня вслушиваться в молитву ее с напряженным вниманием». «Ее бог был весь день с нею, она даже животным говорила о нем. Мне было ясно, что этому богу легко и покорно подчиняется все: люди, собаки, птицы, пчелы и травы; он ко всему на земле был одинаково добр, одинаково близок».

Однажды кабатчица поссорилась с дедом Алеши и обругала его бабушку. Мальчик решил отомстить и запер грубиянку в погребе. Бабушка его отшлепала и сказала, чтобы не вмешивался в дела взрослых: ведь не всегда понятно, кто виноват. Господь бог и сам не всегда понимает. После этого эпизода бабушкин бог стал для Алеши еще ближе и понятнее.

Дед молился по-другому. «Становился он всегда на один и тот же сучок половицы, подобный лошадиному глазу, с минуту стоял молча, вытянув руки вдоль тела, как солдат... голос его звучит внятно и требовательно... Не шибко бьет себя в груди и настойчиво просит... Теперь он крестился часто, судорожно, кивает головою, точно бодаясь, голос его взвизгивает и всхлипывает. Позднее, бывая в синагогах, я понял, что дед молился, как еврей». Бог деда был жесток, но тот к нему обращался едва ли не чаще, чем бабушка. В святцах было написано, что однажды святые спасли деда от беды. Дед Алешин тайком занимался ростовщичеством. Когда пришли с обыском, дед до утра молился, и все закончилось благополучно.

Алеша не любил улицу и часто дрался с уличными мальчишками. Его в свою очередь тоже не любили, но это мальчика не трогало, не обижало. Возмущала его жестокость уличных мальчишек. Они издевались над пьяными нищими. Доставалось нищему Игоше Смерть в Кармане.

К тому времени ослеп мастер Григорий, он ходил с маленькой старушкой, которая просила милостыню. Бабушка Григорию всегда подавала, разговаривала с ним, а Алеша не мог даже подойти. Бабушка утверждала, что за этого человека их господь накажет. Так и вышло. Десять лет спустя дед сам ходил и просил милостыню.

Была на улице и распутная баба Ворониха. У нее когда-то был муж, но захотел он получить

Более высокий чин и продал жену начальнику. Тот увез ее на два года. Когда баба вернулась, ее дети, мальчик и девочка, умерли, муж проиграл казенные деньги и пить начал. Среди таких людей рос мальчик.

В доме Кашириных, где жил Алеша, появился скворец. Бабушка отняла его у кота и научила говорить. Скворец подражал дедовым молитвам, что было смешно.

В доме Алеше было интересно, но порой наваливалась непонятная тоска.

Дом, который купил дед, был лучше старого.

В доме жили квартиранты: военный татарин с женой, извозчик Петр с немым племянником Степой, нахлебник Хорошее Дело.

Последний заинтересовал мальчика: «Это был худощавый, сутулый человек, с белым лицом в черной раздвоенной бородке, с добрыми глазами, в очках. Был он молчалив, незаметен и, когда его приглашали обедать, чай пить, неизменно отвечал: Хорошее дело». Бабушка так его и звала.

«Вся комната его было завалена какими-то ягциками, толстыми книгами незнакомой мне гражданской печати; всюду стояли бутылки с разноцветными жидкостями, куски меди и железа, прутья свинца. С утра и до вечера... плавил свинец, паял какие-то медные штучки, что-то взвешивал на маленьких весах, мычал, обжигал пальцы... а иногда вдруг останавливался среди комнаты или у окна | и долго стоял, закрыв глаза, подняв лицо, остолбеневший и безмолвный».

Хорошее Дело был беден, и в доме его никто не любил. Алеша же нередко залезал на крышу и наблюдал за занятиями квартиранта. Однажды поинтересовался, что же тот делает. Хорошее Дело предложил сделать ему битку для игры, но с условием, чтобы мальчик к нему больше не ходил. Алеша очень обиделся.

Особенно интересно было в доме, когда деда не было. Устраивали собрания, все жильцы собирались пить чай. Бабушка вспоминала истории. Она рассказала про Ивана-воина и Мирон-атшельника. Хорошее Дело был потрясен эти рассказом. Он заявил, что истории эти обязательно нужно записать. Удовлетворенный высокой оценкой бабушкиного мастерства Алеша вновь потянулся к этому жильцу.

Вдвоем они любили сидеть молча, глядя во двор: «Ничего особенного я не вижу на дворе, но от этих толчков локтем и от кратких слов все видимое кажется мне особенно значительным, все крепко запоминается».

Однажды Алеша с бабушкой пошли за водой. Они увидели, как пятеро мещан бьют мужика. Бабушка бесстрашно побила их коромыслом. Алеша рассказал об этом Хорошему Делу. Тот сказал, что такие случаи запоминать нельзя. Квартирант стал учить Алешу драться: быстрее — значит сильнее. Деду эта своеобразная дружба не нравилась, он бил внука за каждое посещение жильца. Хорошее Дело в итоге все же выжили из дома, потому что не любили: он был чужой для всех, не похожий на окружающих. Он мешал бабушке убирать комнату, всех обзывал дураками.

/

Дед был рад, что от неудобного квартиранта удалось избавиться. Алеша же разозлился и сломал ложку от ярости. Ни породили в Горьком веру в Человека и его возможности. Именно в таком парадоксальном столкновении проявилась его романтическая философиях.

В мозгу Алеши начинало складываться представление о самом себе: «В детстве я представляю сам себя ульем, куда разные простые, серые люди сносили, как пчелы, мед своих знаний и дум о жизни, щедро обогащая душу мою, кто чем мог. Часто мед этот был грязен и горек, но всякое знание — все-таки мед».

Когда Хорошего Дела не стало в доме, герой подружился с дядей Петром, который был похож на старика: «...он походил на подростка, нарядившегося для шутки стариком. Лицо у него было плетеное, как решето, все из тонких кожаных жгутиков, между ними прыгали, точно жили в клетке, смешные бойкие глаза с желтоватыми белками. Сивые волосы его курчавились, бородка вилась кольцами; он курил трубку...». Петр часто спорил с дедом, «кто из святых кого святее». Я

На улице, где стоял дом Алешиного деда, поселился барин, который для развлечения стрелял в людей. Барин едва не попал в Хорошее Дело. Петр любил дразнить стрелка, и однажды дробь попала в его плечо. Рассказывал Петр и разные истории, похожие на повествования бабушки и деда: «Разнообразные, они все странно схожи один с другим: в каждом мучили человека, издевались над ним, гнали его».

По праздникам в гости к Кашириным приходили двоюродные братья. Как-то раз мальчики вместе путешествовали по крышам и увидели барина. У него были щенки. Дети решили напугать барина и забрать щенков, Алеше досталась своя роль:

Плюнуть барину на лысину. Братья вышли сухими из воды, щенков не тронули. Зато Алеше досталось. Петр похвалил его, зато остальные отругали. После этого герою стало неприятно, и он невзлюбил Петра.

Алеша чаще наблюдал за богатыми мальчиками, жившими в доме Овсянникова. Три брата были очень дружны между собой.

Однажды они играли в прятки, и младший Овсянников упал в колодец. Алеша спас его и подружился с ребятами. Он ловил для них птиц, узнал, что у мальчиков есть мачеха. Но однажды из дома новых друзей героя вышел старик и запретил Алеше ходить к нему.

Как выяснилось, дядя Петр врал дедушке про Алешу. У старого и малого началась война. Знакомство с барчуками Овсянниковыми продолжалось, но приходилось действовать тайно. Петр их часто разгонял: «Он теперь смотрел как-то вбок и давно перестал посещать бабушкины вечера; не угощал вареньем, лицо его ссохлось, морщины стали глубже, и ходил он качаясь, загребая ногами, как

Однажды в дом пришел полицейский. Как выяснилось, Петра нашли во дворе мертвым. Немой племянник его оказался вовсе не немым. Петр, его племянник и еще один человек занимались тем, что грабили церкви.

Как-то Алеша увлекся ловлей птиц, но они не шли в западню. Он в досаде прекратил свое занятие и вернулся домой, где узнал, что приехала мать. Герой разволновался.

Мать заметила, что сын ее вырос, на нем грязная одежда, и он весь белый с мороза. Стала его раздевать и натирать уши гусиным салом: «...было больно, но от нее исходил освежающий, вкусный запах, и это уменьшало боль. Я прижимался к ней, заглядывая в глаза ее, онемевший от волнения...».

Дед хотел Поговорить со своей дочерью, но его прогнали. Бабушка просила простить дочь. Потом все плакали, Алеша тоже расплакался, обнимая их. Он рассказал матери про Хорошее Дело, о своих трех друзьях. Он сразу почувствовал, что мать вскоре покинет их дом: «Было больно и сердцу, я сразу почувствовал, что не будет она жить в этом доме, уйдет». Но пока мать была рядом.

Она стала учить Алешу гражданской грамоте, для этого хватило нескольких дней: «Она стала требовать, чтобы я все больше заучивал стихов, а память моя все хуже воспринимала эти строки, и все более росло, все злее становилось непобедимое желание переиначить, исказить стихи, подобрать к ним другие слова; это удавалось мне легко — ненужные слова являлись целыми роями и быстро спутывали обязательное, книжное». Мать учила Алешу и алгебре (она давалась легко), грамматике и письму, которое давалось с трудом. «Первые дни по приезде она была ловкая, свежая, а теперь под глазами у нее легли темные пятна, она целыми днями ходила непричесанная, в измятом платье, не застегнув кофту, это ее портило и обижало меня...»

Дед хотел сосватать дочь, но та отказалась. Бабушка заступалась за Варвару. Алеша бросался подушками. Дед ушел к себе, а Алеша остался с бабушкой: «Я разобрал ее тяжелые волосы, — оказалось, что глубоко под кожу ей вошла шпилька, я вытащил ее, нашел другую, у меня онемели пальцы».

Бабушка просила не рассказывать об этом матери. Алеша решил отомстить деду за бабушкину боль, изрезал его святцы, но все не успел. Появился дед, разозлился и стал колотить внука. Бабушка отняла Алешу у деда, появилась мать и заступилась за сына. Она пообещала все наклеить на коленкор. Алеша признался матери, что дед бил бабушку.

Варвара сдружилась с постоялицей и почти каждый вечер проводила у нее. Там собиралась компания: приходили офицеры и барышни. Деду это не нравилось, он всех прогнал, привез мебель, заставил комнаты и запер: «Не надобно нам стояльцев, я сам гостей принимать буду!» Гости появлялись по праздникам: бабушкина сестра Матрена с сыновьями Василием и Виктором, дядя Яков с гитарой и часовщиком.

Мать хотели сосватать за часовщика, но та отказалась наотрез, настояла на своем, из-за чего дед сразу будто постарел и ослаб.

Автор пишет о бурной и эмоциональной жизни в дедовом доме: «Как-то не верилось уже, что все это они делали серьезно и что и трудно плакать. И слезы, и крики их, и все взаимные мучения, вспыхивая часто, угасая быстро, становились привычны мне, все меньше возбуждали меня, все слабее трогали сердце». И добавляет: «...русские люди, по нищете своей, вообще любят забавляться горем, играют им, как дети, и редко стыдятся быть несчастными».

После истории с неудавшимся сватовством «мать сразу окрепла, туго выпрямилась и стала хозяйкой в доме, а дед сделался незаметен, задумчив, тих не похоже на себя». У деда были сундуки с одеждой и всяким добром. Однажды дед разрешил матери нарядиться. Алеша отметил, что она была очень красива. К Варваре часто ходили гости, чаще всех братья Максимовы, Петр и Евгений.

Евгения Алеша описывает так: «высокий, тонконогий, бледнолицый, с черной остренькой бородкой. Его большие глаза были похожи на сливы, одевался он в зеленоватый мундир с большими пуговицами...».

Женился отец Саши, Михаил. Мальчишку мачеха невзлюбила, и бабушка взяла Сашу к себе. Начали они посещать школу вместе с Алешей. Мальчишкам она не нравилась.

Только Алеша ослушаться не смел и ходил, Саша же ходить отказывался, зарыл свои книги. Об этом узнал дед и выпорол обоих внуков, к Саше приставили провожатого, чтобы тот водил мальчика в школу. Саша сбежал от него, но быстро был найден.

Однажды Алеша заболел, у него оспа. Бабушка ухаживала за ним, она оставляла в комнате героя водку: пила тайком от деда. Мальчик узнал историю своего отца Максима. Он был сыном солдата, сосланного в Сибирь за жестокость с подчиненными. В Сибири и родился Алешин отец. Жилось ему несладко, часто он убегал из дома. Отец бил его нещадно, но соседи отняли мальчика и спрятали у себя. Еще раньше умерла его мать. Потом за ней — и отец. Алешиного отца к себе взял крестный, столяр.

Он учил мальчика ремеслу. Но тот сбежал, он водил слепых по ярмаркам, работал столяром на пароходе. В двадцать лет был уже краснодеревщиком, обойщиком и драпировщиком. Тогда и пришел свататься к Варваре. Они к тому времени уже поженились, оставалось только обвенчаться.

Дед отказывался отдать Варвару в жены столяру, поэтому молодые и решили тайно пожениться. Только недруг отца, мастер, разболтал деду. Но дед не смог отменить свадьбу и разозлился. Заявил, что нет у него больше дочери. Потом все же даровал молодым свое прощение, и стали они жить с дедом и бабушкой в саду во флигеле. Родился Алеша.

Дядья Максима, Алешиного отца, не любили, хотели его извести. Они заманили его на пруд покататься и столкнули в прорубь. Максим вынырнул, ухватился за края проруби, но дядья били его по рукам. Он вытянулся подо льдом, где еще можно было дышать.

Дядья успокоились, решили, что отец Алешин потонет, покидали в него ледышками и ушли. А он выбрался, но в милицию не стал сдавать родственников. Вскоре Варвара с мужем и сыном уехали в Астрахань.

Алеша слушал увлеченно. Бабушкины сказки его уже не занимали так, как раньше. Зато интересовали рассказы про отца, хотелось понять: «Отчего беспокоится отцова душа?»

Наконец Алеша поправился, стал ходить. Решил удивить всех и тихонько спустился вниз. Он увидел бабушку, которая показалась ему страшной и какой-то зеленой. Алеше не говорили, но Варвару сосватали за Евгения Максимова. «Тонкой струйкой однообразно протекло несколько пустых дней, мать после сговора куда-то уехала, в доме было удручающе тихо».

У будущего отчима мальчика была мать, неприятная старуха. Алеша возненавидел как жениха своей матери, так и его мать: «Я ненавидел старуху — да и сына ее — сосредоточенной ненавистью, и много принесло мне побоев это тяжелое чувство». Свадьба была тихая. На следующее утро молодые уехали. Дед Алеши продал дом и снял две темные комнатки в подвале старого дома. Бабушка хотела позвать с собой домового, дед не дал. Сказал, что каждый теперь сам себя кормить будет. «Мать явилась после того, как дед поселился в подвале, бледная, похудевшая, с огромными глазами и горячим, удивленным блеском в них». Она была некрасиво одета и беременна. Заявила, что все сгорело, но это было неправдой: Алешин отчим все проиграл в карты.

Дед решил жить один. Бабушка и Алеша жили вместе с Варварой и ее мужем. Они поселились в Сормове, в новом доме даже без обоев, занимали две комнаты.

Бабушка была кухаркой, колола дрова, мыла полы. Алешу на улицу редко пускали: слишком уж часто он дрался с ребятами. Мать, уставшая и обозленная, била Алешу. Он однажды заявил, что укусит ее, сбежит в поле и замерзнет. Эта угроза подействовала: героя бить перестали. Отчим с матерью ссорился, вел себя грубо: «Из-за вашего дурацкого брюха я никого не могу пригласить в гости себе, корова, вы этакая!».

Потом налилась школа. Все смеялись над бедной одеждой героя. Но скоро он поладил со всеми, кроме учителя и попа. Учитель придирался к нему, Алеша же в отместку озорничал. Поп требовал книгу, но книги не было, и с занятий Алешу прогоняли. Его даже хотели выгнать из школы за недостойное поведение. Но в школу пришел епископ Хрисанф. Алеша понравился епископу, что оказало свое благотворное действие на его жизнь в школе. Учителя стали относиться к мальчику лучше. Епископу же герой пообещал меньше озорничать.

Алеша рассказывал сверстникам сказки. Те отнеслись к его рассказам критично и заявили, что книга о Робинзоне лучше. Однажды герой случайно обнаружил в книге отчима червонец и рубль. Рубль он взял, купил «Священную историю», которую требовал поп, сказки Андерсена, белый хлеб и колбасу.

Из сказок наибольшее впечатление на мальчика произвел «Соловей». Но пропажа рубля раскрылась.

Мать избила Алешу, отобрала у него книги. Отчим рассказал о поступке пасынка сослуживцам, они — своим детям. В школе об этом узнали все и прозвали Алешу вором. Мать не хотела верить, что отчим рассказал о проступке ее сына окружающим.

Брат Алеши Саша, недавно родившийся, «неуклюжий, большеголовый, он смотрел на все вокруг прекрасными, синими глазами, с тихой улыбкой и словно ожидая чего-то. Говорить начал необычайно рано, никогда не плакал, живя в непрерывном состоянии тихого веселья. Был слаб, едва ползал и очень радовался, когда видел меня... Он умер неожиданно, не хворая...».

Наконец со школой дела наладились. Снова все переехали к деду. Отчим начал Варваре изменять. А однажды Алеша стал свидетелем того, как отчим избивает его мать: «Я слышал, как он ударил ее, бросился в комнату и увидел, что мать, упав на колени, оперлась спиною и локтями о стул, выгнув грудь, закинув голову, хрипя и страшно блестя глазами, а он, чисто одетый, в новом мундире бьет ее в грудь длинной своею ногою. Я схватил со стола нож... это была единственная вещь, оставшаяся у матери после отца, — схватил и со всею силою ударил вотчима в бок». Отчим остался жив.

Алеша обещал матери, что зарежет отчима да и себя тоже.

Автор подводит итоги: «Не только тем изумительна жизнь наша, что в ней так плодовит и жирен пласт всякой скотской дряни, но тем, что сквозь этот пласт все-таки победно прорастает яркое, здоровое и творческое, растет доброе — человечье, возбуждая несокрушимую надежду на возрождение наше к жизни светлой, человечьей». Пока жили у деда, начали делить имущество. Горшки дед отдал бабушке, остальное, с возрастом став жадным, оставил себе. Затем забрал у бабушки старинные платья, которые продал за семьсот рублей, деньги же отдал под процент еврею. По требованию деда все делилось и строго учитывалось.

Один день бабушка готовила из своих продук тов, на другой ели на деньги деда. Алеша замечал, что у бабушки еда всегда была намного лучше. Даже чай высчитывали, чтобы по крепости одинаковым был. Бабушка, чтобы прокормиться, плела кружева. Алеша стал заниматься ветошничеством, воровал С другими детьми дрова. В команду эту входили Санька Вяхирь, Кострома, татарчонок Хаби, Язь,

Гришка Чурка. И у каждого — своя непростая история приобщения к воровству. Вяхиря мать била, если он денег не приносил на водку. Кострома мечтал о голубях и копил деньги на них. Мать Чурки была больна, и он стремился набрать денег ей на лечение. Хаби копил, намереваясь вернуться в город, в котором родился.

Вяхирь в этой компании был миротворцем: он I не любил, когда при нем ругались или дрались. Он считал свою мать хорошей, жалел ее. Вяхирь стремился к учению. Он хотел знать грамоту. Мать Чурки научила Вяхиря, и он кое-как уже читал. Он жалел природу, при нем мальчишки старались не ломать кустов.

Порой мальчишеская компания забавлялась: бросали стоптанные лапти в крючников-татар, а те в них. После такого боя татары кормили мальчишек своей едой.

В ненастные дни мальчишки собирались у отца Язя на кладбище. Алеша отмечает: «...не нравилось, когда этот человек начинал перечислять, в каком доме есть хворые, кто из слобожан скоро умрет, — он говорил об этом смачно и безжалостно, а видя, что нам неприятны его речи, — нарочно дразнил и подзуживал нас».

Не нравилась и другая черта Язиного отца: «Он очень часто говорил про женщин и всегда — грязно... Он знал историю жизни почти каждого слобожанина, зарытого им в песок... он как бы отворял пред нами двери домов... мы видели, как живут люди, чувствовали что-то серьезное, важное».

Алеше эта уличная независимая жизнь нравилась. В школе же вновь стало нелегко. Его называли ветошником, нищебродом, утверждали, что от него пахнет.

Последнее было заведомой ложью: мальчик всегда тщательно мылся перед учебой.

Несмотря на трудности, Алеша успешно сдал экзамены в третий класс. Он получил похвальный лист, подарили ему также Евангелие, басни Крылова и «Фата-Моргана».

Дед обрадовался, сказал, что все это добро надо спрятать в сундук.

Бабушка заболела. Несколько дней она не могла работать, и денег не было. Дед жаловался, что его объедают.

Алеша собрал книги и продал их, пятьдесят пять копеек отдал бабушке. Похвальный лист испортил надписями и вручил деду. Тот даже разворачивать не стал, спрятал в сундук.

Отчима Алешиного выгнали с работы, и он исчез. Мать с маленьким Николаем поселилась у деда. «Немая, высохшая мать едва передвигала ноги, глядя на все страшными глазами, брат был золотушный... и такой слабенький, что даже плакать не мог...». Решили, что Николаю нужна воля, песок. Алеша набрал песка и насыпал на припеке под окном.

Ребенку это понравилось. Алеша очень привязался к брату, но с ним было немного скучно. Дед сам кормил ребенка и кормил недостаточно. Мать же «совсем онемела, редко скажет слово кипящим голосом, а то целый день молча лежит в углу и умирает. Что она умирала — это я, конечно, чувствовал, знал, да и дед слишком часто, назойливо говорил о смерти...»

Алеше приходилось спать на полу. «Мне было коротко, ноги я засовывал в подпечек, их щекотали тараканы.

Этот угол доставил мне немало злых удовольствий, — дед, стряпая, постоянно выбивал стекла в окне концами ухватов и кочерги». Алеша вооружился ножом и обрезал слишком длинные ручки утвари. Дед ругался, что внук не воспользовался пилой: могли бы скалки получиться. Потом вернулся Алешин отчим, бабушка с Колей перебрались к нему.

Варвара, Алешина мать, умерла. Перед смертью она просила сына: «Сходи к Евгению Васильевичу <отчиму>, скажи — прошу его прийти!» Попыталась ударить Алешу ножом, но не удержала в руках оружия. «По лицу ее плыла тень, уходя в глубь лица, натягивая желтую кожу, заострив нос». Дед не сразу смог поверить, что дочь его умерла. Наконец появился отчим. На кладбище бабушка, как слепая, разбила лицо о могильный крест.

Алеша страдал и сильно переживал потерю матери. Вяхирь пытался рассмешить приятеля, но

У него ничего не получилось. Тогда Вихрь предложил обложить могилу дерном. Эта идея понравилась мальчику больше.

Повесть заканчивается так: «Через несколько дней после похорон матери дед сказал мне:

Ну, Лексей, ты — не медаль, на шее у меня — не место тебе, а иди-ка ты в люди...

И пошел я в люди».

Дневник

Дневник — это особый жанр, он представляет собой записи личного характера, научные наблюдения или общественные заметки. Дневниковые записи обычно ведутся практически каждый день в течение длительного времени.

Дневниковые заметки как литературная форма дают возможность подробно и достоверно изобразить внутренний мир героя, узнать его личное мнение по разным поводам.

Жанр дневниковых записей предоставляет читателю возможность взглянуть на мир глазами героя произведения.

Как литературная форма дневник получил особое распространение с конца XVIII в.

Биографии

Комментарии закрыты.